|
|
|
Дэвид
МЮРРЕЙ (DAVID MURRAY) /США/
тенор-саксофон, бас-кларнет
В карьере Мюррея есть что-то парадоксальное: с 1977 года, когда
вышел его авторский диск, саксофонист записал более полусотни альбомов
– и это только под своим именем. То есть столько, сколько иные суперзвезды
джаза не успевали записать за всю жизнь. При этом подавляющее большинство
из них вышло за пределами США: в Италии (фирма Black Saint), Японии
(DIW), Германии (ENJA). Не говоря уже о демократичных проектах,
в которых все музыканты выступают на равных - кроме World Saxophone
Quartet’a (WSQ), это и квартет кларнетистов Clarinet Summit (как
и WSQ - тоже без ритм-секции), и электрогитарный Music Revelation
Ensemble. Да и как сайдмен, Мюррей всегда успевал отметиться в коллективах,
неизменно привлекавших внимание и критики, и публики, и тех и других
вместе: в «черном роке» Джеймса «Блад» Алмера, в Special Edition
Джека Де Джонетта, в мемориальном оркестре Mingus Dynasty (с нашим
Александром Сипягиным на трубе). Участие Мюррея помогло сделать
карьеру в США юному канадскому пианисту Д.Д. Джексону и его японской
коллеге Аки Такасе.
Удостоившись престижной датской премии Jazzpar в 1991 году, он получает
возможность сделать оркестровую программу с коллективом Пьера Дорха
и в точности повторяет выступление оркестра Дюка Эллингтона на Ньюпортском
фестивале 1956 года, где сам воспроизводит легендарное соло тенор-саксофониста
Пола Гонзалвеса.
Мюррей пользуется репутацией человека удачливого, легко находящего
деньги на любые свои проекты - от сборной команды Jazz Baltica и
авангардно-джазовых видеоклипов до новейшей его идеи – инсценированной
биографии Пушкина с участием черных поп-вокалистов и актеров, читающих
стихи на родном языке поэта.
/ Дмитрий Петрович Ухов /
Биография Дэвида Мюррея
Изначально - наследник стиля абстрактно-экспрессионистской
импровизации 1960-ых – в том числе таких саксофонистов, как Альберт
Эйлер (Albert Ayler) и Арчи Шепп (Archie Shepp), Дэвид Мюррей в
конечном итоге выбрал амплуа, скорее соответствующее представлениям
о тенор-саксофонисте мэйнстрима: репертуар из стандартов с привычной
ритм-секцией. Однако его прочтение общеизвестных тем значительно
отличается от их интерпретаций другими саксофонистами его поколения.
Звук его саксофона - глубокий, бархатный, темный - напоминает об
эпохе свинга - Бене Вебстере (Ben Webster) и Коулмане Хокинсе (Coleman
Hawkins). Но при этом к основному принципу мэйнстрима - смене аккордов
в квадрате - Мюррей подходит совершенно самостоятельно.
Хотя
очевидно, что Мюррей хорошо знаком с правилами гармонии, он редко
когда буквально воспроизводит мелодию темы. Он смог приспособить
экспрессивную технику своего фри-джазового прошлого («смазанные
глиссандо, звуки неопределенной высоты, ритмы, скачки в верхний
регистр и т.д.) к традиционным импровизационным формам - тем, что
в джазе называются straight-ahead. Даже в такой гармонически изысканной
вещи, как «Round Midnight» он обходится только основными нотами
аккордов - тоникой, терцией, квинтой, септимой. Но, обрисовав таким
образом гармонический рисунок, он может заполнить все остальное
пространство не имеющими разрешения, неаккордовыми нотами – по сути
дела, точно такими же, как знаменитые «неправильные» ноты Эрика
Долфи. В то же время именно нескрываемая смелость эстетической концепции
Мюррея, яростная страсть его фразировки делают саму постановку вопроса
о «правильном и неправильном» излишней..
Дэвид
Мюррей родился 19 февраля 1955 года в Беркли, штат Калифорния.
Его
родители были музыкантами - мать играла на фортепьяно, а отец на
гитаре. В юности Мюррей исполнял музыку в церкви вместе с родителями
и двумя братьями. Он познакомился с джазом, будучи студентом
школы
Беркли. Когда ему было тринадцать, он играл на альт-саксофоне в
местной группе the Notations of Soul, но по примеру Сонни Роллинса
переключился с альта на тенор. В Колледже Помоны он учился у
трубача
из квартета Орнетта Коулмэна Бобби Брадфорда. В 20-летнем возрасте
Мюррей переезжает в Нью-Йорк. Это были времена "loft jazz" (чердачного
джаза), когда фри-джаз находил приют в бывших промышленных кварталах
нижнего Манхэттена. Вместе со Стэнли Краучем – критиком,
с которым саксофонист был знаком еще с Помоны (и был под его сильным
влиянием), Мюррей открывает на чердаке своего дома собственную
студию
Infinity. В трио Мюррея с басистом Марком Дрессером Крауч иногда
играл на ударных.
В
относительно короткое время Мюррей (при поддержке Крауча, который
неформально играл роль его агента) приобрел репутацию музыканта
с большим творческим потенциалом. До этого работы Мюррея были сырыми,
он подражал «расщепленным» звукам Альберта Эйлера, максимальной
громкости и вообще всему, что выходило за рамки нормального звукоизвлечения
на духовом инструменте. Он записал первые альбомы в 1976 - «Flowers
for Albert» (India Navigation) и «Low Class Conspiracy» (Adelphi)
с басистом Фредом Хопкинсом и барабанщиком Филипом Уилсоном. Параллельно
Мюррей вместе с Джулиусом Хемфиллом (Julius Hemphill), Оливером
Лейком (Оliver Lake), Хэмиетом Блюиеттом (Hamiet Bluiett) создает
World Saxophone Quartet (Мировой квартет саксофонов). В это время
с подачи легендарного бродвейского продюсера Джозефа Паппа Мюррей
собирает биг-бенд, который имел успех у критики. Из биг-бенда, в
свою очередь, был также создан октет, с которым Мюррей мог исполнять
свои самые экспериментальные композиции. В 80-е Мюррей записывался
и с этим октетом, и с различными маленькими группами для итальянского
лейбла Black Saint. И записи того времени – пусть и не самые совершенные
- все же дали Мюррею возможность проявить свой талант композитора.
В
80-е и 90-е годы Мюррей записывается невероятно много - вряд ли
в этом отношении с ним может сравниться любой другой музыкант современного
джаза. Но как раз в 80-е Мюррей все чаще обращается к традиционному
репертуару из джазовых стандартов, особенно с малыми ансамблями.
Однако с возрастом и под влиянием старых мастеров свинга и бибопа
радикализм, страстность и спонтанность в игре Мюррея либо смягчаются,
либо вообще улетучиваются.
С
другой стороны, его внимание к технике игры увеличилось. Перестав
быть законодателем музыкальной моды, Мюррей становится неподражаемым
мастером стиля. К тому времени, когда ему исполнилось сорок, его
импровизации становятся до известной степени предсказуемыми, и в
то же время растет его мастерство композитора. В этой области Мюррей
все еще казался способным открыть что-то новое.
|
|
|