OUTSIDER ABSTRACT JOURNAL
«МУСАРТ» №2
осень 2005

теория

Теодор Адорно: Избранное: Социология музыки - скачать >>>
Дмитрий Смирнов: Музыкальная идея
Ирина Ванечкина: Куда скачет «Синий Всадник»? Шенберг, Кандинский, Скрябин: идея синтеза искусств
Синий всадник - Н. Кульбин: Сво6одная музыка
Синий всадник - Ф. фон Гартман: О6 анархии в музыке
Синий всадник – В. Кандинский: Желтый звук
Синий всадник – К.Д. Бальмонт: Светозвук в Природе и Световая Симфония Скрябина
Наталья Шантырь: Симфонические заметки о современной авангардной и поставангардной музыке - скачать >>>
В.И. Мартынов: О красоте, плаче, богослужебном пении и музыке
И.А. Гарднер: Церковное пение и церковная музыка
Православная энциклопедия: Церковное пение
Византийское влияние на Руси
Певческая культура Киевской, Новгородской и Владимиро-Суздальской Руси (XI - 1-я пол. XV в.)
Певческая культура Московской Руси (2-я пол. XV - 1-я пол. XVII в.)
Церковное пение в Западнорусской митрополии (2-я пол. XV-XVII в.)
Новое время: от концерта барокко к классицизму (2-я пол. XVII - 1-я пол. XVIII в.)
Церковное пение 2-й пол. XVIII-XX в.

история

инструмент

наука и техника

Т.Б. Романовская: Музыка, неслышимая музыка, неслышимое в музыке и наука
И. Е. Орлов: Биения и их значение в новейшей музыке
Надежда Старовойтенко: Услышать музыку в цвете
Андрей Смирнов: Музыка и технология (Конспект курса лекций)
Александр Харьковский: Число — звук — пространство
Юрий Кружнов: Философия сохраненного звука. Заметки скептика
Виталий Кравченко: Долговечность CD-R — миф

автора!

Арнольд Шёнберг: Отношение к тексту
Асмус Титченс: Почему же все-таки шумовая музыка?
Асмус Титченс: Музыка и похоть
Асмус Титченс: Смертная тоска ритмиков
Асмус Титченс: Коммерческий провал как один из видов изящного искусства
Литл Ричард: недооценили, недоплатили
Лидия Ланч: Парадоксия: дневник хищницы
Ли Андервуд: Tim Buckley - Dream Letter
Эккехард Йост: Free Jazz - Исследования стилистики джаза шестидесятых (перевод Ивана Саблина)
скачать>>>

интервью

Александр Кнайфель: Произнести музыку
Джордж Авакян: почему Сатчмо выдержал испытание временем
Миша Менгельберг: Музыка меня не интересует
Рената Блюме: Бывшая жена Дина Рида дала слово не говорить о нем ни слова
Mortiis: Правда о троллях
Chris Gill: Les Paul и Chet Atkins
Eric Burdon: Только дождитесь, и я покажу вам, что такое настоящий рок-н-ролл!

зал славы им. Алистера Кроули

hats off!

Александр Кан: Скрытый гений Роя Харпера
Жанна Симонова: Серж Гензбур. Гадкий и сладкий
Pauline Oliveros: Композиция - это замороженная импровизация

монстры

Black Metal и BURZUM
Князья Хаоса; Кровавый восход норвежского блэка
скачать>>>
Интервью с Варгом Викернесом (1996)
Интервью с Euronymous и Dead (1990)
Варг Викернес о цивилизации

shine on your crazy diamond

Отрывки из книги Николаса Шэффнера “Блюдце, полное секретов - Одиссея Pink Floyd”, посвященные Сиду Барретту
скачать>>>
скачать всю книгу>>>
Отрывки из книги Энди Маббетта “Полный путеводитель по музыке Pink Floyd”, посвященные Барретту
Отрывки из книги Тима Уиллиса «Сумасброд»

жертвы

Александр Кан: Тим Бакли - возвращение забытого гения
Мартин Астон: Tim Buckley - The High Flyer
Стив Тернер: Тим Бакли: Говоря на своем особенном языке...
Андрей Носков: Сверхзвуковой дрейф
Яна Станиславовна Дягилева
Алексей Плюснин: Воспоминания о Янке (интервью для книги про Янку)

аутсайдеры

ложка дегтя

Битники: история болезни
Иеромонах Сергий: Охота на «ведьм»
протоиерей Владимир Бобров: Рок музыка на службе у сатаны
H.V. Fulpen: Джон Леннон: "Мы более популярны чем Иисус"
Леся Орлова: Элвис Пресли как вкус истаявшего шоколада
Братец Яков: Музыка между словом и временем

record collector

статьи

Jazz Musician Pseudonyms
Muslim Names in Jazz
Тюрьмы пираты не боятся
Кое-что из жизни грампластинок – битловские раритеты
Limited edition

дискографии

лейблы

• Bethlehem Records Catalog
  1000 series
  6000, 5000 series
  Deluxe series
• Blue Horizon
• Checker
• Contemporary Records Listing - Part I
• Contemporary Records Listing - Part II
• Love
• Riverside Records Catalog
  100 series
  200 series
  300 series
  400 series
  1000, 2500 series
  Jazzland series
  1100 series

энциклопедия

#, A, B, C, D, E, F, G, H, I, J, K, L, M, N, O, P, R, S, T, U, V, W, X, Y, Z

осень 2005
ТС АПозиция

Sun Ra - Незнакомец из космоса

В 1962 году, в Нью-Йорке Charlie Mingus встретил Sun Ra и спросил его, что он тут делает, на что Sun Ra ответил, что он бывает здесь достаточно часто. "Нет" сказал Mingus, "Я подразумеваю, что Вы делаете здесь, на Земле?".

В Филадельфии на доме по адресу Morton Street 5626, установлена мемориальная табличка, единственная отличающая этот дом от других зданий квартала. В течение 25 лет, этот дом кипел жаром излучающим могучим двигателем духовной, джазовой и космической музыки. Это был дом SUN RA и его оркестра.
В его музыке он создавал утопический мир с его собственной логикой и тайнами. Его живые концерты по исступленности музыкантов и искренности общения со слушателем, больше напоминали религиозные церемонии. Его философия и идеология были пропитаны космической мистикой, а на музыкантов оркестра он имел телепатическое влияние. В некоторых попытках разобраться в природе существования столь специфического коллектива, многие исследователи Sun Ra приходят к весьма необычной, и возможно, к крамольной параллели между Буддой и Ra. У них обоих имеется собственная метафизика и философия, полная концепцией обретения вселенского счастья. Каждый из них преподаватель, а не проповедник. Он просто живет, и глядя на него люди познают его гениальность. Притягательность его личности состоит в его просвященности. Sun Ra, вежливый, мягко говорящий, - имеет будда-подобную внешность. Его оркестр – это его ученики, коллектив посвященных людей. Они не внимают его наставлениям, они поглощают его музыкальные идеи через, своего рода постижение, интуитивно развивая сложные звуковые конструкции, которые он сам называет “пространственными колебаниями” способными противостоять губительному влиянию из космоса. Его музыкальный message скорее вдохновляющий, чем нравоучительный. Поздние работы Arkestra (70-80х) по своему звуку в большей степени оптимистичны, чем фатальны. «В его крайне невозмутимой манере, и с выражением, чередующимся между интенсивной серьезностью и следами усмешки, Ra продолжил разъяснять его космологию. «Почему Вы всегда говорите о космосе?» – Когда я говорю о космосе, люди меня слушают. Люди спят, и я должен пробудить их от дремоты. Правильная музыка может пробудить людей. Люди, подспудно, обеспокоены многими неправильными явлениями происходящими вокруг. Они заинтересованы в исправлении этого. Я должен помочь понять им, как это можно сделать. Для этого и предназначена моя музыка».
Так кто же он – Sun Ra?
Каков его солнечный Arkestra?
Герман Поул Блоунт родился в Бирмингеме, штата Алабама, 22 мая 1914 года. Имя Сонни, в середине его имени появилось позже и использовалось в виде некоего прозвища, которое обычно распространено в южных штатах. Относительно его семьи известно немного. Они не были бедны, так как мать управляла ресторанами, помимо него в семье был старший брат, Роберт, старшая сестра Мери и сводный брат Кари. Их дом располагался в южной части города, по сути, на границе место проживания черного и белого населения. Их дом стоял отдельно и не примыкал к блокам, из которых состояли, обычно кварталы. Поперек от улицы находилось городское почтовое отделение, а наискосок от него располагался железнодорожный вокзал. Привокзальную площадь украшала огромная конструкция, которая была главной достопримечательностью: «Бирмингем – Волшебный город» и которую маленький Sonny Blount видел ежедневно из окна своей комнаты. Впоследствии (в 1960 году) именно так будет названо его знаменитое авангардное сочинение.
В доме появилось фортепиано на его семи летний день рождения. Семья поощряла его музыкальные устремления, и мать с детства считала, что Сонни будет подлинно одаренным человеком. Его первые музыкальные воспоминания связаны с классическими исполнителями блюзов (Бесси Смит) и особенно госпелов. Как это ни парадоксально, все творчество Sun Ra, несмотря на, подчас, мрачную cosmo-психоделику, базировалось на гуманистической традиции доброты и тепла, коллективной надежды и стремления, центральной в госпел культуре черного Юга (вспомните тягуче-романтические темы, полные надежды в наступление новой жизни, без боли, голода и унижений в великом альбоме Lanquidity или Cymbals). В детстве он дружил с другим будущим пианистом Avery Parrish (1917 – 1959), с которым они играли дуэты и бросали вызов друг другу, чтобы написать свои первые сочинения. Еще в средней школе он организовал небольшой оркестр, и очевидцы того времени утверждали, что он уже тогда был способен играть необычные ритмы и специфические звучания. Затем он поехал учиться в колледж, где не переставал занятия музыкой и вновь сформировал оркестр, с которым исполнял популярные мелодии того времени на различных мероприятиях проходивших в колледже. Именно в это время и родилась легенда (или быль?) о том, как он вступи в контакт с инопланетными цивилизациями. Вот как об этом он рассказывал в одном из интервью много лет спустя: "Я решил больше не заниматься музыкой, а потом, как вы знаете, пережил весь этот космический опыт", говорит он, расслабленно, но зачаровывающее мягко, словно гуру, "Сначала я все записывал, потому что пережитое оставило глубокий отпечаток и так и просилось на бумагу. Меня перенес в открытый космос гигантский пучок света, по крайней мере, я так бы определил это. Они сказали, что хотят, чтобы я куда-то отправился, поскольку мой разум именно того типа, который необходим, чтобы помочь нашей планете. Я перемещался во вне, но это было очень опасное путешествие, я должен был постигнуть определенную технику и иметь дисциплину", - говоря это, старик протягивает перед собой руки и становится похож на зомби или мумию "для того чтобы не допустить выхода моих внутренностей во вне, потому, что я двигался сквозь различные временные зоны, и если бы какая-то часть моего тела коснулась того, что находится вовне, то вернуть ее обратно было бы невозможною". Сан Ра бормочет дальше, очень мягко... "и вот этот пучок света - таким он мне поначалу казался, но теперь я называю его энергетической машиной - освещает всего меня, и мое тело превращается в лучи света. Это как знаете, когда, в луче солнца можно видеть мельчайшие частицы пыли. Так вот это было также, этот пучок словно бы просвечивал меня насквозь, и на огромной скорости я понесся в иное измерение, на другую планету. Внезапно они телепортировали меня туда, где они сами находились. Все произошло в доли секунды - только что я был здесь, и оказался там. Они стали говорить со мной, у них были антенны и красные светящиеся глаза. Они хотели, чтобы я стал одним из них, но я отказался - ведь это нормальная реакция, может со мной, что-нибудь случилось бы. Ну вот, они стали рассказывать мне о своей планете, и о пути, по которому шла жизнь на ней, и что должно было случиться с правительствами, тинейджерами и вообще всеми людьми. Они сказали, что хотят, чтобы я поговорил с ними. А я сказал, что мне не интересно".
Вот так все выглядело со слов самого Ra. Вряд ли имеет значение, является ли эта история правдой или вымыслом, наркогаллюцинацией или болезнью нервной системы. Важно, что с этого и началась легенда, посредством своей необыкновенной музыки, волнующая умы поколений. На этом и строилась его эксцентричная философия.
В течение Второй Мировой Войны, Sonny Blount объявил себя добросовестным возражающим против службы в армии, за что был помещен в тюрьму в Джаспере, штат Алабама, где провел более пяти месяцев а затем получил полтора года принудительных работ в лагере Marienvill, в штате Луизиана. Но вскоре, после проведенного медицинского обследования, он был признан не способным к физической работе из за врожденной грыжи и отпущен на свободу. Основной же причиной отказа от службы, была его исступленная поглощенность исследованиями музыки и древних черных культур.
Вскоре, в 1943 году, уже будучи в Чикаго, где после непродолжительных опытов создания вновь собственного коллектива, выступает в качестве аккомпаниатора в стиле ритм –энд-блюз певцу Вайнону Харрису в клубе “Zanzibar”, с котрым позже в качестве сайд-мена будет учавствовать в записи четырех альбомов. После распада оркестра Харриса, Sonny Blount завязал дружбу c барабанщиком, руководителем ансамбля из Nashvillе Оливером Биббом. О том какую музыку играл этот коллектив не известно, но сохранилась одна очень интересная деталь: на сцену они выходили в весьма эпатажных костюмах – то в военной униформе, то в париках начала века, то есть в соответствии музыке, которую они играли. Возможно, что идею костюмированных шоу на концертах, в будущем великого мистификатора Sun Ra, он и унаследовал, от Оливера Биба.
В августе 1946 года он устроился в качестве пианиста в популярном клубе под названием “DeLisa”, предлагающий своим посетителям весьма разнообразную программу от традиционных развлечений – танцев, алкоголя, живой музыки и выступления иллюзионистов и чечеточников до проката девочек, участвующих в варьете. Основная причина, приведшая Sonny в этот клуб – постоянный ангажемент там оркестра Fletcher Henderson, в музыку и исполнительскую манеру, которого он был влюблен еще с Бирмингема. В детстве, слушая по радио записи этого оркестра, он даже умудрялся снимать аранжировки. По этому, ухода из оркестра пианиста, его место за роялем занял молодой Sonny Blount. Помимо неплохой репутации, заработанной за годы работы в этом оркестре в качестве пианиста, Sonny стал аранжировщиком, всего репертуара исполняемого оркестром. В свойственной ему к этому времени манере он, по возможности усложняет звучание оркестра, превнося в него «новые виды синкопирования». Sun Ra с гордостью вспоминает годы проведенные в оркестре: «... они позволили мне глубже понять и принять джазовую традицию 40-х, на базе которой я развил свою собственную музыкальную концепцию».
Ближе к концу сороковых, начинается период упадка популярности больших оркестров, безраздельно господствующих в штатах в течение почти тридцати лет. Оркестр Fletcher Henderson постепенно утрачивающий популярность, вместе со своим очень пожилым руководителем и прекращает существование 18 мая 1947 года.
С этого времени – Sonny в свободном плавании. В течение последующих нескольких лет он выступает с различными чикагскими исполнителями, среди которых наиболее известны записи с Coleman Hawkins и Stuff Smith. В ноябре 1948 года он выступает с еще одним чикагским коллективом “Eugene Wright’s Duke of Swing”, в котором играет на саксофоне Yusef Lateef. В начале 50-х он начинает играть в только, что открывшимся в Чикаго (вслед за Нью-Йорком) клубе Birdland, который принадлежал Robert Lounge вместе с Red Saunders, Red Holloway, Sonny Stitt. Приводится факт, что Sonny Blount аккомпанировал во время гастрольного тура B.B.King. В 1952 году умер Fletcher Henderson, и в жизни наступил новый период, последняя нить связующая исполнителя и аранжировшика чужой музыки Sonny Blount и будущего композитора-концептуалиста Sun Ra, исчезла.
В 1953 году Sonny создает сначала трио (Richard Wans & Robert Barry), а затем квартет (после присоединения Pat Patrick), который становится основой будущего Arkestra. Кстати годом раньше - 20 октября 1952 года он официально сменил имя и стал Sun Ra – в честь египетского бога солнца. И сразу же после этого события стал отрицать, что родился под именем Герман Блоунт, утверждая, будто бы всегда использовал другие имена и они “не имели ни-какого ритма”. В свойственной ему скромной и ироничной манере, он так прокоментировал необходимость внесения нового имени в паспорт: “Иисус Христос то же должен был утрести все эти формальности с властями, тогда бы он не имел столько не приятностей. Именно в этот период он заявил для публики о том, что он не Землянин а уроженец Сатурна, посланный Создателем к отсталым обитателям Земли. На тот период в репертуаре его комбо были в основном стандарты и композиции чужого сочинения, хотя и изрядно аранжированные и интерпретированные Sun Ra. Известные музыканты неохотно шли в оркестр Sun Ra, так не могли принять музыку и необычное звучание, а так же с иронией относились к легендам и наставлениям, которые генерировал уроженец Сатурна. Формирование будущего коллектива началось в конце 1953, начале 1954 года, когда в него влились молодые музыканты язычковой группы: John Gilmore, Pat Patrick и Marshall Allen – музыканты отдавшие оркестру и его концептуальной cosmo-спасительной идее всю жизнь. Именно на молодых музыкантов делал ставку Sun Ra, так как только они могли понять и развить новую музыку. В течение двух последующих лет оркестр разросся до дюжины музыкантов. Теперь Arkestra был готов приступить к записи. Методы работы Sun Ra со своим оркестром к этому времени уже сформировались: репетиции с полной отдачей, по 8 часов, 5 раз в неделю, и так в течение всего времени существования оркестра (а это без малого 40 лет!). Не смотря на свою мягкую манеру говорить, полное отсутствие в речи бранных слов, в оркестре царила жесткая дисциплина, полностью подчиненная реализации творческих находок руководителя. Первый альбом Sun Ra Arkestra – “Jazz by Sun Ra – Sun Song”, был записан на лейбле “Trnsition” в 1956 году.
Необходимо сказать несколько слов о том, что представляла из себя стилистически музыка раннего Sun Ra Arkestra. Первые альбомы оркестра вышедшие в 1956-1958 годах на RCA studio и Universal studio в Чикаго, позволяют наблюдать процесс эволюционирования от традиционного для того времени хард-бопового звучания больших оркестров, до полиритмических, местами уже атональных звучаний. Достаточно вспомнить, что первая пластинка Ornette Coleman - “Something Else!!!” – ставшая своего рода декларацией стиля “New thing” вышла только в 1958 году.
Их широкая тональная палитра растет с каждой новой записью. Кроме того, интересны не столько попытки ухода от традиционных джазовых приемов, сколько поиски принципиально новых мелодических решений – здесь Sun Ra, стоит абсолютно обособленно, даже от самых прогрессивных музыкантов того времени, таких как Charles Mingus и Eric Dolphy. Его темы необычны и не ассоциируются ни с чем, тем, что было раньше. Слушая альбом “Interstellar Low Ways”, конца 50-х невольно задаешся мыслью: знает ли Sun Ra, все то, что создали лучшие джазовые музыканты за почти полвека до него. Если да, то почему не использует, если нет, то присутствовал ли он на Земле вообще?
Интересно проследить и за Sun Ra – пианистом. В первых записях, в технике его исполнения легко узнать бопового гиганта Bud Powell, а по стилистике и структурированному мышлению прослеживается Thelonious Monk. Со временем, мы становимся свидетелями, того, как Ra трансформирует свой стиль в совершенно не зависимый, узнаваемый неслыханными аккордовыми последовательностями. Очень показательными работами являются его сольные диски, особенно первый, записанный в 1966 году: “Monorails and Satellites”.
Записи сделанные в начале 60-х годов уже звучат подчас, как импрессионистские полотна, далекие от традиционализма. Ритмический рисунок становится более глобальным и трансоподобным. Кроме того, Ra начинает смелые эксперименты с введением в арсенал традиционных джазовых инструментов, «экзотических» – гонгов, звонков, африканских флейт, родезийских колоколов и электрических клавишных инструментов. Вокальные экзерсисы оркестра, говорят о сильном влиянии на музыку Sun Ra африканских корней черной американской культуры. Позже в составе оркестра появятся более вычурные и подчас самодельные инструменты, привлечение которых, становиться необходимо по мере проникновения “космической идеи” Sun Ra в музыкальную палитру Arkestra.
В 1959 году, Sun Ra учавствовал в съемках и написал несколько мелодий для документального фильма «Крик Джаза».
Новый период в жизни оркестра начинается в 1961 году вместе с началом гастрольного периода по Северной Америке. Первый серьезный ангажемент Sun Ra Arkestra получил в Монреале и других городах, включая Квебек. Завершение же тура произошло, как это не банально, по техническим причинам: допотопный автобус принадлежащий оркестру, не блиставший надежностью, окончательно и безнадежно сломался. Так оркестр, не имевший ни каких денег и предложений,оказался в самом дорогом городе штатов Нью-Йорке. Найти свое место на джазовой сцене этой Мекки джаза сразу было практически не возможно. Музыканты оркестра были вынуждены принимать любые предложения – они играли как студийные музыканты, поддерживали гастрольные туры других коллективов, но тем не менее Sun Ra Arkestra жил! Постепенно, известность его и музыкантов оркестра среди фри-джазового сообщества Нью-Йорка, растет, их замечают уже состоявшиеся джазовые звезды: John Coltrane, Lester Bowie, Archie Shepp и Pharaoh Sanders, который даже записался вместо John Gilmore на альбоме “Nothing is” для лейбла ESP.
Ведущие музыканты оркестра выступали: Pat Patric – записывался с Johnny Griffin, трио Lambert-Hendricks-Bavan, и в очень важном проекте John Coltrane “Africa Brass Session”, позже с Don Cherry;
Ronnie Boykins – с Kenny Barron в 1962 году, с Elmo Hope в 1963, с John Thicai и Archie Shepp, и даже с “Братом” Jack McDuff;
Marshall Allen – c Paul Bley на лейбле ESP в 1964 году;
Наиболее востребованным музыкантом Arkestra был John Gilmore. Его стиль игры серьезно повлиял на исполнительскую манеру John Coltrane. Заслуживают серьезного внимания работы с Horace Silver, Freddie Hubbard, три Paul Bley, ансамблем Art Blakey и Tommy Flanagan. Записываясь с секстетом McCoy Tyner, он неоднократно получал предложения от звукозаписывающего гиганта “Impulse!” начать сольную карьеру, при поддержке этого лейбла. Но коллективный дух Sun Ra Arkestra, и межгалактическая идея объединяющая коллектив, для большинства участников, была выше заработков.
Вот, что об этом думали сами оркестранты:
John Gilmore: “Мне потребовалось не менее шести месяцев, для того, чтобы понять всю глубину, заложенную в музыке Sun Ra, ведь он был настолько продвинут гармонично, что люди просто исполнявшие его музыку, не могли воспроизвести и части, того, что она несла в себе». «Он был первый, после Charlie Parker и Thelonious Monk, кто посвятил меня в более высокие формы музыки. После знакомства с Sun Ra, я открыл для себя целую жизнь, не только в музыке, но и философии жизни вообще. Он вкорне изменил мою жизнь …”.
Pat Patric: “Sun Ra был тем типом музыканта, который вдохновлял нас к постоянной работе над собой. Он ежечасно открывал для нас новые грани и звучания наших инструментов, которые были для него абсолютно ясны. Он может, и был очень строгим руководителем, но это не важно. Он всегда ориентировался только на высокие стандарты”.
В свою очередь Sun Ra, очень высоко ценил своих музыкантов, говоря о них так: «они посланы мне …».
За Нью-Йоркский период (1961-1967 годы) оркестр записал десять альбомов, среди которых необходимо особо выделить наиболее стилистически интересными были “Magic City”и “Heliocentric Worlds vol.1,2” – оценивая последний альбом можно уверенно заявить, что так еще никто не звучал. Он был абсолютный радикал 60-х.
Все деньги выручаемые музыкантами в этот период шли на создание собственного лейбла. Теперь, по прошествии многих лет, видя огромное количество зарегистрированных концертов дошедших до нас с вполне удовлетворительном качестве, мы можем убедиться в правильности этого решения. Sun Ra ненавидел большие звукозаписывающие компании и общался с ними весьма недоверчиво: «Они все равно не захотят писать мою музыку, такой какая она есть. Собственная компания (названная «Сатурн») позволит мне, донести мою музыку для людей в первозданном виде, – а стало быть, выполнить мою миссию на земле».
Новые музыкальные идеи, все чаще усаживали Ra за написание концептуально новой музыки, не всегда понятной для многих музыкантов. Безотносительностью своего стиля, его музыка, буквально бросала вызов слушателю. Тем не менее, в 1964 году Sun Ra был официально принят в Ассоциацию Джазовых Композиторов, но сей факт, остался не замеченным «Посвященным Миссионером». Такая реакция вполне понятна: ведь сам он не считал себя композитором, он утверждал, что является только коммуникативным каналом передачи энергии космоса. При чем здесь амбициозные степени и звания? Учитывая мессианскую функцию своего присутствия на земле Sun Ra, очень серьезно относился к процессу сочинения музыки: “Я должен создать звук для них. Это точно так же как портной создающий костюм, я должен скроить звук для человека.” В процессе репетиций он часто упрекал музыкантов не спосбных точно воспроизвести тот или иной фрагмент мелодии – считая, что одна единственная нота может причинить вред людям, для которых предназначена их музыка “Великиго Космического Спасения”.
После 1966 года, оркестр, уже зарекомендовавший себя как признанный коллектив, звук которого стал самостоятельным и узнаваемым, получил постоянную работу в клубе “Slug’s Saloon” на Ист-Сайде в нескольких кварталах от дома, где Sun Ra снимал комнаты для своих оркестрантов. Выступления проходили каждый понедельник в течении 6 лет (до 1972 года) , даже после их переезда в Филадельфию.
Особого внимания требует факт взаимоотношений Sun Ra и некоторых его оркестрантов (в частности с John Gilmore) с John Coltrane. Помимо того, что Сoltrane высоко ценил творчество Sun Ra, он черпал в его музыкальных идеях и метафизических учениях, последователем которого он отчасти стал в будущем (вспомните его поздние работы “космической” тематики «Interstellar Space”, “Stellar Region”и конечно-же “Cosmic Music”). В будущем Sun Ra даже обвинит John Coltrane в том, что он воровал его идеи, а John Coltrane, в своем интервью журналисту Френку Кофски, весной 1966 года, и не скрывал этого факта. Понять причину «паралельности» творчества John Coltrane и Sun Ra сейчас очень сложно, но появление таких очень «африканистых» альбомов как “Kulu se' Mama” или альбома “Ascension” по стилистике и построению очень напоминающий “Magic City”, вышедшей в этом-же году, наталкивает на мысль о неком «заимствовании» идей Sun Ra. Но, пока посещая жилище оркестра (как его называл Ra: «космическая станция»), помимо уроков с John Gilmore, Coltrane ведет бесконечные беседы о спасении души, о высшем предназначении человека. Некоторые исследователи творчества John Coltrane заявляли, что именно Sun Ra повлиял на отказ John в конце 50-х от алкоголя и наркотиков.
John Coltrane в 60-х снискал славу новатора, становится мега-звездой, его диски продаются стотысячными тиражами, его канонизируют, а Sun Ra со своим Arkestra продолжает работать во мгле ...
Доходы от продажи пластинок выходящих уже на «Сатурн» (а они «нажимались» обычно партиями по 50 – 75 штук) позволяли музыкантам еле сводить концы с концами.
Пластинки, особенно первые издания, имели совершенно допотопное оформление, конверты раскрашивались вручную, а заглавие выцарапывалось на «яблоке» диска иголкой – настоящий андеграунд! Выручка от продажи этих дисков через музыкальные магазины могла быть значительно больше, но Sun Ra c фанатичным аскетизмом избегал любого public relation, способного повлиять на его рейтинги, а стало быть, и продаваемость пластинок Arkestra. Долгое время, говоря на непонятном, безумном, визионерском языке, музыкант не являющийся сумасшедшим, а лишь пытается изо всех сил остаться правдивым и искренним в эпоху, когда все кругом лишь хитро имитируют самое себя. Не складывались и отношения Sun Ra с музыкальными критиками и музыкальными изданиями, которых раздражало не столько постоянное бредоподобное бормотание о своем космическом рождении и предназначении, сколько Sun Ra – антипод, стандарта джазового музыканта – блестящего, гладкого, веселого, коммерчески успешного. В прессе на тысячу репортажей о Dizzy Gillespie приходилась одна заметка о Sun Ra Arkestra. Он и сам отказывался от публичной жизни, так как считал, что это может скомпрометировать его и нарушить связь его с вселенной благословившей его на борьбу с негативным влиянием «плохих» сил космоса. «Планета находится в беспорядке – музыка – то же. Ранний джаз был счастливой музыкой, а сегодня это совсем не то. Теперь все разговоры музыкантов заключаются в оценке собственной успешности». В неприятии его музыки важным остается вопрос расовой сегрегации. «Белое» музыкальное сообщество хотело видеть в черных джазовых музыкантах этаких рафинированных «развлекателей», задрапированных в элегантные дорогие костюмы недочеловеков, начисто забывших о своих национальных корнях и смирившихся с этим положением. Музыка Sun Ra была просто пропитана Африкой! «Черный» идеолог, поэт и философ Leroi Jones в будущем (после принятия ислама) Amiri Baraka (Амири Барака) написал: «Sun Ra создает музыку, которая отражает жизнь – ощущение, потерянное африканцами на Западе». Об оркестре он говорил: «Действительно черное семейство. Ra содержит 14 – 15 музыкантов, играющих с ним, которые убеждены, что их музыка – священнодейство и жизненно важный аспект «черной» культуры». Для понимания глубины этой проблемы и причин неприятия его музыки белыми почитателями джаза, необходимо вспомнить, что представляли себой концерты Arkestra. Свидетель их говорит: “…глядя на них вспоминаешь, что в мире царствует разгул цветов и красок …”. Эксцентричные костюмы, афро–египетско–космической тематики, балерины, “горячий” оркестр, состоящий из 15 – 20 человек, иногда скандирующих: “Heigh-ho, heigh-ho, это мы и мы уже в пути», марши через аудиторию, частушки о космосе и визжащий соло-саксофон. Завершение любого концерта (даже в самом крошечном зале) напоминала религиозную, ритуальную церемонию, когда все участники оркестра и примкнувшие к ним зрители, двигаясь в едином шаманском ритме, в трансовом безумстве, двигались по кругу изрыгали из свих инструментов лавину, бешенных культовых звуков. Над всем этим священнодейством нависала грузная величественная фигура самого «Гуру», с загадочной улыбкой, на обрамленном круглыми морщинами, лице. Совершенно неоценимым документом, позволившим донести до нас атмосферу этих концертов, является фильм режисера Robert Mugge - “Sun Ra: A Joyful Noise” (радостный шум), снятый на WinStar Home Intertainment в 1980 году и переизданный в 1998 году на DVD. Для съемки интервью с ним по ходу фильма, необходимо было произвести это на фоне пирамид, но бюджет фильма не позволял повести Sun Ra в Египет и поэтому все съемки проходили в египетских залах исторического музея Филадельфии. При этом необходимо сделать небольшой отступ к расовой проблеме и обозначить позицию Sun Ra по этому вопросу. В отличие от многих черных авангардистов (таких как Alber Ayler, John Coltrane, Max Roach и особенно Archie Shepp) Sun Ra ни когда не относился к последователям идей Мalkolm Х или Leroi Jones. У него был свой взгляд на концепцию «свободы». Он ни когда не признавал параллелей между его музыкой и произведениями других авангардистов. Он утверждал, что навязчивая американская идея «свободы» подорвала дисциплину и, как следствие, гармонию в которой должна существовать планета, для того, чтобы противостоять губительным «колебаниям» из космоса. Хотя он и черпал вдохновение из окружающей его музыки, он всегда с отвращением отзывался об “avant garde” 60-х. Именно этим объяснялось не приятие его творчества ведущими джазовыми авангардистами современности, от ярого не приятия («шут из циркового балагана») до элементарного игнорирования его. Anthony Braxton o Sun Ra: «... многие относятся к нему весьма упрощенно, как к юродивому. Это не так. Его попытки рассматривать все события через призму судьбы планеты и галактической перспективы вещей, показывают, что Sun Ra – человек, который понимает мир абстрактного сознания и обладает нестандартным творческим потенциалом».
Но вернемся в конец 60-х годов. После 1965 года был период, когда оркестр играл совершенно дикий «свободный» джаз, в чем-то созвучный с работами Cecil Taylor того времени. «Это не мой любимый период – говорит Sun Ra – такой музыкой тяжело наслаждаться». «Я действительно не люблю их. Но безмерно благодарен им за то, что среди музыкального хаоса (что у SUN RA обязательно созвучно с космическим хаосом) начал появляться живой и единственный Spaceways”. Вслед за ними идут несколько работ, совершенных антиподов этой стилистике: “Holiday for Soul Dance” и “Atlantis”. Эклектическим творением, как бы, подытожившим окончание того периода, была работа впитавшая в себя всю джазовую традицию, музыку Африки и вселенскую идею “My Brother the Wind II”.
Новый период в жизни оркестра наступил после переезда в 1968 году в Филадельфию (90 миль от Нью-Йорка) и продлился вплоть до 1993 года пока Sun Ra не покинул планету.
... «Это было маловероятное местоположение оркестра, как впрочем, и Земля маловероятное место для меня ...» - говорил Sun Ra.
... на вопрос – почему именно Филадельфия? Sun Ra отвечал: «Филадельфия размещена в месте максимального скопления зла в стране. Наше предназначение –изменить это». Хотя вероятнее всего дороговизна жизни и жилья в Нью-Йорке, не позволили им оставаться там, тем более, что дом на Morton Street 5626, был снят для них отцом Marshall Allen. Это был ни чем не примечательный дом, отличавшийся от многих других только алюминевой фольгой на окнах и психоделическимим водоворотами, которыми была размалевана входная дверь. И тем не менее это был самый необычный дом в городе, который мог среди ночи разразиться многочасовой репетицией оркестра, а потом в течение всего дня не подавать признаков жизни, и лишь один Sun Ra страдающий бессоницей, в жаркий июльский полдень сидел на крыльце дома одолеваемый навязчивыми мальчишками. В телефоном справочнике Филадельфии он был записан, естественно, как Sun Ra. Каждый член оркестра имел свою собственную комнату, замков, на которых не было. Так описывают комнату, в которой жил Sun Ra: «Внутри затемненной гостиной, среди многочисленных электронных клавиатур, в окружении собственных портретов, выполненных поклонниками и изображающими его как
египетское божество, космического исследователя, мистического посланца, сидел он и улыбался, среди беспорядка оккультных книг, космических и духовных принадлежностей».
Все живущие в доме участники ансамбля (в разное время – до 20 человек) разделяли принцип коммунального существования, царивший в нем. В рамках описания новой «космической станции» необходимо вспомнить некий кодекс, которого должны были придерживаться все члены оркестра. «… Вселенская дисциплина, которая поможет людям уцелеть в момент влияния на них губительных волн космоса…» - именно о ней рассуждал Sun Ra в своих бесконечных лекциях, которыми было занято все свободное от репетиций время, именно ей посвящены несколько десятков «номерных» композиций: “Discipline № 5, 12, 24”. Учение, которое развивал Sun Ra, представляло собой соединение научной фантастики, египтологии, технологического футуризма и христианского ревизионизма. Все это вместе, в длинных, напыщенных речах Ra, относительно дисциплины, абстрактной красоты, места Создателя и идеи “Бесконечности”, выглядело как стеганое одеяло: весьма неопределенно, фрагментировано и подчас даже не логично. Насколько разделяли музыканты футуристические взгляды господина Ra, остается неизвестным, но то, что он обладал телепатическими способностями видно по всему. Один член оркестра называл это “черная организация самоусовершенствования”.
Всем членам оркестра, проживающим в Germantown, запрещалось пить, курить, принимать любые наркотики. Каждый желающий прибщиться к оркестру обязан был дать обед безбрачия. Поэтому жители окрестных домов часто видели, как музыканты Sun Ra встречают своих девушек в пяти кварталах от дома. Sun Ra был вегитарианец, и поэтому все в доме были вынуждены разделять его жизненные принципы. «Луна тушится» – говорил он с блаженной улыбкой на лице, слыша запах пищи из кухни, расположенной в задней части дома.
В начале 70-х годов начинается новый период творчества Arkestra: «Теперь я познал, какой именно звук нужен людям. Они заслуживают того, чтобы получить именно ту музыку, в которой они нуждаются». Продолжался процесс испытания пределов музыкальных инструментов. Все чаще Sun Ra играл на электронных клавишных инструментах, именно это в данный период было созвучно с Spaceway, по которому двигался Ra. Уже в 1956 году при записи альбома “Angels and Demon Play” Sun Ra играет на Wurlitzer elektric piano, в начале 60-х, помимо обычного органа он начинает использовать сlavoline, позже электронные клавиши Solovox и Rockchord. С конца 1969 года его постоянным инструментом становится синтезатор Moog, который до него, был не кому не известен. Ra, в течении долгого времени считал, что именно Moog дает тот звук который требуется для плодотворного движения по Spaceway. Sun Ra получил опытный образец этого мини-синтезатора прямо с фабрики, и утверждал, что он бесценен. На нем он сочинил, большинство своих психоделических шедевров 70-х, поэтому, когда его украли во время гастролей в Европу, горю его не было предела. Вспышки гнева, перемежались с моментами прозрения «… ведь это темные силы космоса, вступив в сговор со своими посланниками на земле, препятствуют моей борьбе за счастливую жизнь…». После получения нового инструмента, он очень долго не мог убедиться, что это именно тот звук, который ему нужен.
После прибытия в Филадельфию Sun Ra Arkestra принял самое активное участие в музыкальной жизни города. Помимо коммерческих выступлений в местных клубах, он часто выступал в зале расположенном при местной церкви St.Mary’s Church, а так же давал совершенно бесплатные концерты для жителей своего квартала, прямо под открытым небом, на фоне смонтированных на скорую руку декораций. Запомнится несколько совместных концертов, которые проходили в Филадельфии, во время гастрольных посещений этого города, звездами авангардной сцены: Art Enseble of Chicago, Pharoah Sanders, Sam Rivers и других. Начиная с конца 60-х, Arkestra широко гастролирует. В программе гастролей было и посещение старого света, и даже России, в рамках Первого Международного Джазового Фестиваля в 1990 году. И практически везде его концерты производили неизгладимое впечатление на публику эпатажностью зрелища и просто ураганной энергетикой, которую генерировал этот коллектив. Вот воспоминание 1969 года одного из организаторов концерта в Newport Jazz Festival:
Это был 1969 год, и первая ночь джазового фестиваля была отдана коллективу Sun Ra. «Она была более «электрическая», чем все другие дни фестиваля – благодаря музыке Sun Ra, я начал понимать различные уровни существования человеческого осознания своего места в этом мире и ответственности перед ним …». В 1970 году начались первые большие европейские гастроли, в рамках которых были выступления в Париже, на Берлинском джазовом фестивале, а в 1971 году прошло удачное выступление в Копенгагене в зале “Tivoli Hall”.
В 1971 году сбылась мечта самозванного египетского бога солнца Ра – его оркестр впервые гастролировал в Египте, запись этого концерта представлена на пластинке «Live in Egipt». Но это выступление было только подготовкой для мега-концерта, который состоялся через 12 лет – в 1983 году – настоящее футуристическое действо – в Египте, где концертная площадка была смонтирована прямо у подножий пирамид. Освещенное сотнями цветных прожекторов вечное небо древней Месопотамии. Организовал концерт, настоящий профессионал – Hartmut Geeken. Помимо Sun Ra Arkestra, в концерте играли еще два Каирских коллектива: Cairo Free Jazz Ensamble и Cairo Jazz Band. Звук этих, звучащих иногда в унисон ансамблей, сам Sun Ra в древне-египетско–космическом одеянии с воздетыми к черному небу руками, представляли собой зрелище не для слабонервных. Рассказ одного свидетеля этого концерта: «... Sun Ra упивается мощью и разнообразием большого оркестра, плеща цвета и сложные фактуры поперек звукового холста».
Все это можно ощутить, послушав запись этого концерта “Sun Ra meets Salah Ragab in Egypt”.
Но вернемся в Germantown. В трех домах от резиденции Arkestra находился склад, на котором хранились пластинки с самыми последними опусами оркестра. При складе был небольшой магазин, в котором, помимо всякой мелочи съестного и не только характера, продавались пластинки. За прилавком можно было, в качестве продавца увидеть Marshall Allen, подсчитывающего мелочь, вырученную от продажи газировки местным мальчишкам. Роль диспетчера, обеспечивающего своевременную доставку новых пластинок взамен раскупленных в Record Store, выполнял баритон-саксофонист Danny Thompson. Его часто можно, было увидеть идущего по раскаленным солнцем улицам города с охапкой дисков под, мышкой. Действительно «черное братство»!
В 1972 году Sun Ra получил предложение от звукозаписывающей компании Impulse!, на издание 14 пластинок разных лет, и в том числе настоящего шедевра: “Space is the Place” – 22 минутная оратория о наличии космоса в любом месте (а так же “Astro Black”,”Atlantis” и другие.). Благодаря этим пластинкам, вышедшим большими (в отличие от обычных “допотопных” продаж) тиражами, его музыка начала крутиться на ведущих радиостанциях, а сам стал желанным гостем у диджеев джазовых станций WRTI и WXPN. Вспоминает диджей радиостанции WXPN университета штата Пенсильвания Russell Woessner: «… он, по сути, не нуждался в вопросах, так как говорил в основном на темы интересующие только его. И когда в первый раз после элементарного вопроса о сущей чепухе, он разразился длинным, величественным обращением к жителям вселенной, все присутствующие в студии замерли от ужаса …». И, тем не менее, он был частый гость на этой станции. В ответ на элементарное приглашение одного Sun Ra в студию, он мог ввалиться всем оркестром в 16 человек, плюс балерины, в крохотную студию, исполнить, без всякой подготовки 6 – 8 композиций, после чего послать Denny Thompson в аппаратную, забрать пленки и торжественно объявить, что готов очередной альбом оркестра. Как то раз Sun Ra, пытался уговорить программного директора WXPN Jules Epstein собрать 144 тысячи (!!!) музыкантов, чтобы исполнить священный концерт, связанный с наступающим библейским Армагедоном. В начале 70-х к оркестру присоединилась вокалистка June Tyson, проработавшая в оркестре много лет. К этому моменту Ra решил, что вокал, стал необходим оркестру, а тембр голоса Tyson, как ни какой другой созвучен ему. В 1971 – 1972 годах, Sun Ra преподает в университете Berkley, где читает цикл лекций по своей любимой «космологии». В курс, который он преподает, а он назывался «Черный человек в Космосе», как в котел, небрежного повара была свалена астрономия, египтология, Библия, Книга Мертвых и еще черт знает, что. Далеко не все студенты посещали его лекции, хотя добрую половину зала занимали преподаватели университета, которые в не стандартности его лекций черпали для себя очень многое. За эти выступления ему не платили.
Интересным фактом из жизни коллектива является съемка художественного фильма в 1974 году по оригинальному сюжету, написанному самим Sun Ra: “Space is the Place”. Сюжет фильма отражает давнишнюю мессианскую мечту Ra – навести «космический» порядок на земле пребывающей в хаосе! Несмотря на не плохую режиссерскую работу (John Coney) фильм в целом представляет для современного зрителя жуткую метафоричную чушь. В кратце его можно описать таким образом: на землю с довольно приличным ускорением шмякается надувной корабль из которого в клубах бутафорского дыма выходит Мессия в окружении Intergalactic Solar Arkestra, который сразу же (практически без отдыха) начинает сеять разумное, доброе, вечное, вступив в схватку с «Надзирателем» - человеком олицетворяющим всемирное зло в отдельно взятом городе. В фильме есть все – бордели, алкоголизм, толпы тунеядствующих нигеров, а с другой стороны круглосуточно работающий офис, в котором Sun Ra промывает мозги страждущим, а в перерывах между этим борется с «Надзирателем». Кульминацией фильма становится концерт в местном клубе превратившийся в сеанс очищения всего того сброда, что мелькает в кадре в течении фильма. В качестве «присесть на дорожку» он лишает силы и власти «Надзирателя» и под его матерные проклятия взмывает ввысь на своей надувной беде.
Наивность фильма и та исступленность, с которой снимается в нем Sun Ra, убеждает зрителя насколько этот человек был убежден и предан своим идеям, как он с маниакальной улыбкой на лице идет сквозь улюлюкающею толпу непонимания.
В 1976 году начались следующие европейские гастроли, где вторым пунктом посещения после Парижа было выступление в Швейцарии на самом престижном фестивале в городе Montreux, по прошествии, которого лейблом «Saturn» были изданы 4 долгоиграющих пластинки. В рамках фестивальных выступлений к оркестру присоединились Lester Bowie, Don Cherry и Archie Shepp. Этот концерт позднее, в 1985 году был издан как номерной альбом Arkestra под названием “ Hiroshima”. Итак, мировые гастроли, с середины 70-х стали почти регулярными, и чередовались с активной студийной работой, которая не прекращалась и в других странах. Из альбомов выпущенных в 70-х годах, необходимо выделить пластинки “Crystal spears”, “Cymbals” и конечно “Lanquidity”. Эти работы принципиально отличались от музыки 60-х, так как в них инструментальные импровизации строились уже на фоне красивейших, электронных звуковых полотен, сотканных великим маэстро с помощью, огромного многообразия современных синтезаторов и клавиш. Альбом “ Lanquidity” знаменателен еще и тем, что при записи его Sun Ra применил квадрофоническую систему записи, которая позволила ему максимально полно передать звуки других миров, бесподобно звучащие в этом великолепной работе. По всем номинациям джазовых журналов, включая и “Down Beat”, этот альбом заслуживает самых высоких оценок. Кстати, необходимо помянуть и признание, которое заслужил Ra у самого авторитетного джазового издания “Down Beat” в части опроса критиков, начиная с 1975 года. Итак, 1975, 1982,1991 года – «лучший исполнитель клавишник», 1985, 1988, 1989, 1992 год – «лучший биг-бенд», и даже 1984 год – «зал славы»!

Среди наиболее заметных гастрольных выступлений можно отметить посещение Италии, Франции в 1978 году, и серию концертов 1983-1984 годов в Нидерландах, Египте и Греции. Последние из которых проходившие на берегу океана в летнем театре “Orpheus” запомнились бесподобным красочным шоу. По итогам этого выступления вышел диск “Live at Praxis’ 84” с записью концерта. Чудачествам Ra не было конца. В гастрольных турах, при размещении оркестра Sun Ra сам лично обходил дюжину номеров гостиницы предназначенных для музыкантов, и по цвету обоев, расположению окон, виду из них по существующей в них «ауре» определял наиболее подходящую для каждого.
Период с 1986 по 1990 год, был богат на гастрольные поездки по всему миру. Sun Ra, как и многие американские джазовые музыканты, после 50-х были больше востребованы в «Старом свете» нежели у себя на родине. Выступая у себя в штатах в мизерных клубах, перед десятком, нетрезвых слушателей, эти музыканты собирали тысячи, действительно благодарных поклонников, умевших оценить их музыку по достоинству. В 1986 году при посещении Италии Sun Ra Arkestra записал несколько удачных дисков, на великолепном фри-джазовом лейбле “Black Siant” – “Reflection in Blue”, “Hours After”. В рамках этого гастрольного тура были песещены самые неожиданные страны, начиная с Чехословакии, Югославии и Германии (“Live at the Friedrichstadpalast” – “A Night in East Berlin”) и заканчивая Японией в 1988 году. К сожалению, европейские туры не могли принести существенных доходов оркестру. Затраты на перелет, размещение и содержание такого большого коллектива подчас превышали доходы полученные за выступления. Но Sun Ra не хотел идти на компромисс связанный с привлечением, местных музыкантов или уменьшением своего оркестра. Ему нужен был «большой звук», который мог обеспечить только его оркестр, в полном составе. Именно поэтому, музыканты иногда возвращались, с гастролей без гроша в кармане. За время существования Arkestra, через него прошли сотни музыкантов, некоторые из них не задерживались дольше месяца, а некоторые (такие как John Gilmore) несмотря на постоянное безденежье, спартанские условия жизни, и постоянные капризы своеобразного руководителя, отдали ему всю жизнь.
К последним гастролям Ra готовился со свойственным ему талантом шоу-мена и одержимостью. О фестивале Джаза в Чикаго в 1988 году и появлении на нем Sun Ra Arkestra: «В ту ночь присутствовало 30 тысяч зрителей и появление на сцене оркестра и самого Sun Ra напомнило картину второго пришествия. Под сумасшедшую атональную музыку в свете десятков прожекторов в середине сцены на elevator поднялся «Сам» в совершенно непонятном одеянии, которое все сияло, к конструкции находящейся на голове подходили электрические провода... Оркестр выглядел на том же уровне – космические шлемы сделанные из алюминевой фольги, афро-египетские балахоны, из золотой парчи… Они превзошли все ожидания”.
Ближе к концу жизни на пороге 90-х, Ra жаловался, относительно недостатка признания и уважения его в этой стране. Особенно он был ожесточен в отношении Филадельфии: «Город оскорбил меня» – сказал он в 1988 году – «Я прожил в нем достаточно долго, что бы заслужить элементарного уважения. Я думаю, что это часть большого заговора, в который вовлечено и правительство …». И все-таки в конце 80-х – начале 90-х к нему пришло национальное признание. Альтернативные музыкальные журналы, начали признавать его музыкантом года. Как высшая степень признания и популярности, Ra получал самые неожиданные и лестные предложения, такие как выступления в Центральном парке Нью-Йорка, при скоплении тысяч людей. В 1990 году город Филадельфия преподнес Sun Ra высшую городскую награду – «шар Свободы».
На самой солидной звукозаписывающей компании «A&M” в 1988 и 1989 годах были изданы два альбома :”Blue Delight” и “Purple Night”. Последним громким выступлением его коллектива (в данном случае секстета), был концерт в престижном Нью-Йоркском клубе “Village Vanguard” в ноябре 1991 года, на котором Sun Ra уже не мог играть на рояле и поэтому его партию исполнял великолепный Chris Anderson, а он сам довольствовался лишь небольшими вставками исполненными на синтезаторе.
В 1990 году Sun Ra перенес первый из ряда последующих ударов. Прежде в своих заявлениях – проповедях он утверждал, что бессмертен. Когда после перенесенного удара его спросили, верит ли он по-прежнему в собственное бессмертие, он ответил: «Мы не можем указывать смерти». Но даже в инвалидном кресле он продолжал красить картины бесконечности, через его межгалактическую музыку. Перед смертью он вернулся в свой родной Бирмингем, где был помещен Princeton Baptist Medical Center, так как утверждал, что Бирмингем это второе любимое место после Египта: “Это подобно раю, в некотором смысле. Поскольку здесь я развился музыкально”. При помещении в клинику, после очередного удара, при заполнении необходимых формуляров, медицинская сестра спросила Sun Ra о его месте рождения, на что он совершенно серьезно ответил: “Сатурн”.
Хилый и страдающий, после серии перенесенных ударов Sun Ra скончался 30 мая 1993 года. Самозванный, бессмертный музыкант, очевидно, возвратился на Сатурн прямо из клиники где родился как Герман Блоунт и последний раз увидел свет. В смерти, как и в жизни, Sun Ra останется таинственной музыкальной легендой.
Оркестр продолжал существовать и гастролировать, сначала под руководством John Gilmore а затем после его кончины, Marshall Allen. Но космическая история существования бога Ra, была уже закончена ….
«Музыкально, - говорил барабанщик Roger Blank – Sun Ra, был не признанным законодателем мира”. Его влияние на джазовую и любую импровизационную музыку было огромно и просочилось через каждый укромный уголок и трещину современной музыки, от Funkadelic до Karlheinz Stokhausen и от Art Ensamble of Chicago до Frank Zappa. А вспомните прекрасные работы середины 70-х Anthony Braxton, в частности: “Time Zone” где он играет на Moog – синтезаторе …
Но все это в прошлом. Хотя говорят, что без прошлого нет настоящего и будущего. Сегодняшний мир вновь пребывает «в беспорядке», как говорил Sun Ra. Будем ждать появления нового мессии.