колонка
редактора
статьи
• музыка
• другое
• страница радикала1
• страница
радикала 2 • outsider
music
профессионалам
• музыка
- теория 1
•
музыка - теория 2
•
музыка - теория 3
• исполнитель
• звук
интервью
рецензии
• фольк
• новая композированная музыка, электроника
• джаз
• рок, другое
• книги и статьи
• концерты
литература
record
collector
• энциклопедия
•
дискографии
• статьи 1
•
статьи 2
• объявления
афиша
информация
• объявления
• информация
февраль
2005
ТС АПозиция |
|
Jethro Tull в Петербурге
John Zorn Electric Masada в Москве
Yes Symphonic Show
КОНЦЕРТ ЛЕГЕНДАРНОЙ ГРУППЫ JETHRO
TULL В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ.
(13 марта ДК им.Ленсовета, 19.00)
В августе 1970 года на острове Уайт близ западного
берега Великобритании состоялся легендарный фестиваль Isle of
Wight Festival. Этот фестиваль
ознаменовался несколькими примечательными событиями, в
силу которых и стал легендарным. Большинство этих событий были
скорее негативными
и знаменовали собой конец «героической» эпохи рок музыки. Начать
с того, что в течение всех дней фестиваля шел дождь, затем огромная
толпа зрителей безбилетников скопившаяся за оградой и требовавшая
от организаторов соблюдения принципов хиппи, то есть свободного
прохода, сломала ограждение и проникла на территорию концерта,
добравшись даже до сцены, где довела до слез безуспешно пытавшуюся
спеть Joni Mitchell. И, наконец, чрезвычайно неубедительное выступление
корифеев 60-х; Jimi Hendrix, the Who и других. Зато несколько относительно
новых коллективов продемонстрировали качественно другой уровень
выступления, поставив точку на романтическом периоде рок’н’ролла.
Это были, прежде всего, Emerson, Lake & Palmer и Jethro Tull.
В советской действительности, к которой генезис рок движения не
имел никакого отношения, Jethro Tull появились существенно позднее.
Когда в 1972 и 73 годах группа выпустила два концептуальных альбома
(«Thick as a brick» и «A passion play») включавших только по одной
композиции на весь альбом, в среде меломанов бытовало мнение, что
Jethro Tull это такой мужик, который пишет рок оперы. Позднее выяснилось,
что такой «мужик» действительно существовал в Англии на рубеже
ХVI – ХVII веков и изобрел усовершенствованную модель плуга - сеялки,
который приводился в движение лошадью. Но самым интересным было
то, что в этой конструкции использовались элементы музыкального
органа, в том числе педаль. В честь этого необычного агронома изобретателя
и назвали свою группу Ian Anderson с приятелями в 1967 году. Заодно
музыкантам пришлось переехать из родного Блэкпула где их никто
не понимал в Лондон.
 Сам Ian Anderson был сначала вокалистом, но неуемная натура заставила его выбрать
инструмент, флейту, на которой он научился сносно играть всего за пол года.
Прежде чем много лет спустя Anderson был принят всем миром как великолепный
и оригинальный флейтист, ему пришлось пройти труднейший путь. В 1968 году,
когда он выбирал инструмент, Anderson был очарован блюзом и джазом, особенно
его впечатляла игра слепого американского саксофониста и флейтиста Roland’a
Kirk’a, сумасшедшая экспрессия которого чрезвычайно импонировала Андерсону.
На первом альбоме Jethro Tull «This was», который вышел в 1968 году он даже
исполнил композицию Кёрка «Serenade to a cuckoo». Еще много лет после этого
Андерсона упрекали в подражании Кёрку, хотя музыка Jethro Tull никак не походила
на hot hard bop Кёрка.
На протяжении всех семидесятых годов карьера Jethro Tull неуклонно шла в гору.
Группа выпустила с десяток альбомов, среди которых такие шедевры рок музыки
как: «Aqualang» (1971), «A passion play» (1973), «Heavy horses» (1978). Надо
заметить, что Андерсон кроме многочисленных музыкальных талантов (он самостоятельно
овладел игрой на практически всех инструментах) обладал еще и завидным чутьем
и пониманием момента и коньюнктуры музыкальной индустрии. Поэтому, начав в
конце 60-х с блюза, от хард и прогрессив рока начала 70-х Jethro Tull «прошелся»
практически по всем направлениям и тенденциям рок музыки десятилетия. Кризис
наступил лишь в начале 80-х, когда Иэн Андерсон, давно уже единоличный лидер
коллектива, частично вывалился из времени. Причина этому крылась в неприятии
Андерсоном панк культуры; его любовь к шотландскому и  английскому фольклору,
интеллигентность и наработанный за многие годы профессионализм просто не могли
выдержать маргинального, разрушительного, но столь креативного напора панка.
Выход нашелся сам собой, когда отшумели все рок революционные анабазисы и зритель
и музыкальная индустрия снова вспомнили о музыкантах, которые умеют играть.
В последние годы Jethro Tull активно работают, достаточно регулярно выпуская
альбомы и выступая по всему миру. В этом году наконец и мы сможем наладиться
творчеством этого замечательного коллектива. 13 марта во Дворце Культуры им.Ленсовета
состоится так давно ожидаемый концерт Jethro Tull. Нет никаких сомнений, что
будет аншлаг, ибо поклонников у группы хватало всегда. А высочайший уровень
музыкантов, неординарный талант самого Иэна Андерсона привлекают в число поклонников
все новые и новые поколения слушателей. Недавно вышедший концертный альбом
«Living with the past» вселяет надежду не только услышать немеркнущие хиты
прошлых лет, но и соучаствовать в живом представлении этого одного из лучших
коллективов последних 35 лет.
(АП)
ПОДZORNАЯ ТРУБА.
 Год назад я почти случайно оказался в театре Эстрады на концерте
группы «Bang On The Can”, устроенном в честь дня рождения Брайана
Ино. 6 человек на сцене: кларнетист и электро-гитарист уже
видавшие виды, совсем молодые барабанщик, басист, виолончелистка
и пианистка.
Ничего подобного я раньше не слышал, а
главное – не видел. Шестеро абсолютно свободных в смысле владения
инструментом музыкантов,
шестеро счастливых людей с радостью занимающихся любимым делом.
Зал на 400 мест был заполнен на 2 трети, и это вопиюще противоречило
высочайшему уровню исполнения «Музыки для аэропортов» британского
мэтра в собственном переложении группы для секстета. Дальше
– больше. Барабанщик вытащил на авансцену свои инструменты,
уселся к публике
задом (с моего первого ряда это выглядело особенно живописно)
а к ансамблю, соответственно, передом и заиграл-задирижировал
собственным
сочинением. Это было нечто, доложу я вам: размеры менялись,
как перчатки – 3, 3, 2, 2, 2, 5, 7… всё это в бешеном темпе
и виртуозной
технике. Уходит на своё место, музыка продолжается. Виолончелистка
с тёмными длинными волосами в чёрном платье без рукавов то
нежно обнимает свой  инструмент, то щиплет его, то склонится
к самой акколаде,
то, изящно откинув волосы, взлетает смычком чуть ли не к колкам.
Право, если бы не потрясающая музыка, я бы подумал, что попал
на представление музыкальных эксцентриков. Во втором отделении
«Bang
On The Can» исполняли музыку американского композитора, имени
которого я, к сожалению, не запомнил (програмки отсутствовали).
Осталось
в памяти лишь то, что в 40-х годах он переехал в Мексику, где
и прожил остаток своих дней, а также тот факт, что при жизни
его
музыка считалась неисполнимой технически, поэтому он сам её
играл с женой в четыре руки. И вот она, тем не менее, исполняется,
опять-таки
в переложении секстета. Пианистка с платиновым каре в стиле
30-х годов буквально взрывает рояль, рук почти не видно из-за
быстроты
их перелётов. Кларнетист едва успевает перебрать все свои шесть
инструментов различного калибра, при этом умудряясь ещё и играть
на них. Почему-то во всё продолжение концерта мне на память
приходили лица и позы наших музыкантов (хоть джазовых, хоть
академических),
как правило наводящие на мысли о публичной экзекуции. После
концерта покурили с гитаристом, побеседовали с виолончелисткой.
Оказывается,
они все играют ещё в нескольких ансамблях и оркестрах, и для
выступлений в этом составе собираются раз-два в год. Верится
с трудом – такое
впечатление, что они с  утра
и до ночи репетировали эту программу. Спрашиваю виолончелистку
о Цорне – не доводилось ли ей с ним
встречаться или музицировать в NY? «С этим сумасшедшим?» –
отвечает она и смеётся.
Вот, значит, какая профхарактеристика у Зорна (я его по немецки
всё Цорном называю)… Интересно! Я его впервые услышал в Западном
Берлине от швейцарца Мартина фон Даха. Это был альбом «Spileline»
(кажется так пишется, ну этот, который с женского визга начинается).
Потом, само собой пошли все Mr. Bangle’ы, саундтреки, еврейские
песни и прочее. И вот – приезжает. В Москву. Надо ехать!
Продолжение следует…
(Александр Донских фон
Романов)
YESSYMPHONICSHOW
 Этот концерт стал для меня полнейшей неожиданностью. Я шел на
него поставить в голове галочку. Был. Астрахань брал, Казань брал.
И, оказалось, вот уж был, так был.
Встречая знакомых иностранцев в возрасте и слушая их рассказы о
концертах, на которых они побывали в 60-х, 70-х я всегда думал,
про себя; так, этих не видел и не увижу, а вот этих видел или могу
увидеть, но смотреть их надо было бы тогда. Так было с Pink Floyd,
Procol Harum, Paul Revere & the Raiders даже Black Uhuru, Peter
Hammill и Residents доставляли мне удовольствие не столько своим
мастерством, сколько осознанием того, что вот я на концерте, кого?
Того, за чьи пластинки меня таскали в ментуру в Москве у Мелодии
каждую субботу.
Так вот, если мне кто нибудь, станет рассказывать о Yessongs турне
’73 года, я порадуюсь за него, но не позавидую ни грамма.
 Это то и было самым неожиданным в субботнем концерте YES, такое
впечатление, что не заслуженные деятели искусств обкатывают бенефисную
программу по всему миру, а живой коллектив демонстрирует свежеиспеченный
материал. А уж материал был ломовой; почти весь Close to the Edge,
Roundabout с Fragile – дважды, пара новых вещей с Magnification.
Свет достаточно простой, но в совокупности с конструкциями на сцене
создавал впечатление, как будто вы попали в картину Роджера Дина. 
Концерт задержался на два часа, из-за каких то пограничных проблем,
благодаря чему можно было легко пройти на халяву. Правда, в начале
звук оставлял желать лучшего. Но как только все наладилось, проперлись
все, и зрители, и Yes, и оркестр и даже некие шустрые коробейники,
которые с большим успехом вдували с импровизированных лотков за
бешеные деньги продукцию, имеющую отношение к группе.
Ну и Андерсон Андерсон Андерсон Андерсон Андерсон Андерсон Андерсон
Андерсон…
Честно говоря, хвалить дальше не хочется, слова не те. Я и сразу
после концерта то ничего сказать не мог, кроме о…ть!
(АП)
|